Продолжаем серию публикаций посвященных празднованию 9 МАЯ.
Сегодня на очереди отрывок из воспоминаний ветерана войны Гущина Николая Алексеевича, записанных в рамках операции «Фронтовое письмо».
«… Начался призыв в армию, заработали военкоматы, партиями провожали мужиков. Собирали на вагоне близ сельского Совета, отправляли на подводах, пешком. Одним из призывников оказался я, 16 октября 1941 года я получил повестку в военкомат о призыве в ряды Красной Армии. Сразу после призыва я был отправлен в город Саратов, где формировался 57 запасной стрелковый полк. Из сообщений радио и газет мы узнали, что гитлеровцы, преодолевая ожесточенное сопротивление советских войск, приближались к столице нашей Родины – Москве. Однако в город фашистам пробиться так и не удалось. На его защиту поднялась вся страна. С Урала, Сибири, из Средней Азии, с Дальнего Востока подошли эшелоны с боеприпасами, вооружением и пополнением, в том числе и наш 57 стрелковый полк из города Саратова».
«… Мы были наслышаны о подвиге 28 бойцов дивизии генерала Панфилова. Тут были люди разных национальностей, русские и казахи, украинцы и узбеки, киргизы и туркмены. Именно на этом направлении находилась наша часть. Враг стремился любой ценой прорвать нашу оборону, применяя танки, тяжелую артиллерию, авиацию. От пуль, осколков снарядов и мин не было места, где можно было бы укрыться. В этом бою я получил свое первое ранение. Будучи в госпитале, я узнал, что в начале декабря 1941 советские войска под командованием генерала Жукова перешли в контрнаступление, и фашисты были отброшены от столицы на десятки километров».
«… В июне 1942 года был направлен в Ленинград. Когда нас везли на пароходе по Ладожскому озеру, началась бомбежка. Пароход взорвался. Те, кто остался в живых, отправились вплавь к берегу. Плыть пришлось примерно километров пять. Потом нас подобрали моторные лодки и доставили до места назначения. В Ленинграде я был зачислен в 72 стрелковую дивизию, где окончил школу младших командиров и получил звание сержанта. После окончания школы под нашим командованием находилось пулеметное отделение. Командиром этого отделения был я до конца войны.
Враг отрезал город от всей страны. Очень мало было хлеба. На сутки выдавали 2 сухаря. Голод косил людей. На улицах города лежали трупы не только от бомбежек и артобстрелов, но и от голода. Полностью от блокады Ленинград был освобожден в январе 1944 года, когда наши войска перешли в наступление. Блокада была снята, фашисты далеко отброшены от Ленинграда наступающими советскими войсками».
«…На одном из направлений в Прибалтике волею судьбы пришлось участвовать и мне, в частности, в форсировании реки Валги. Когда причалили к берегу, перед нами находилась деревни. Несмотря на артиллерийскую канонаду, беспорядочную стрельбу, несмотря на лужи и туман, многие жители вышли нас встречать как освободителей от фашистского ига. В знак благодарности люди собирали и несли к нам фрукты, овощи, молоко, творог, сметану, хлеб, все, что было у них. Как только вышли из деревни, начался бой. Все горит, а деваться некуда. Тут рядом снаряд взорвался, и последние слова, которые я помню: «Командира ранило!». Осколок попал в ягодицу и в ногу. В тыл везли на санитарных собаках по кочкам., ухабам, боль была нестерпимая. Потом переложили на лошадь и отвезли в госпиталь в город Колкино Ленинградской области, где пролежал 7 месяцев».
«…Несмотря на все трудности военной поры и ранения, а их у меня было четыре, я все-таки дошел до Берлина. И закончил войну в звании сержанта».
Источник: ОКУ ГАЛО. Ф.Р-2105. Оп.1. Д.37. Л.1, 2, 3, 4, 5.
